Публикации

Параллельные жизни

Интервью с композитором Аллой Загайкевич

 

Композитор, доцент кафедры композиции и музыкально-информационных технологий Национальной музыкальной академии Украины имени П. И. Чайковского, куратор международных проектов электроакустической музыки "EM-visia" и "Электроакустика" Алла Загайкевич рассказала «Полит.ру» о своем видении современной культурной ситуации на Украине. Беседовал Антон Дубин.

Как бы ты в целом оценила нынешнюю культурную ситуацию на Украине? Можно ли говорить о ее радикальной трансформации в связи со сменой политической власти?

Все, что происходит в области культуры в Украине, менее всего связано с какими бы то ни было процессами на уровне политической власти.

Культура в Украине вообще не является «государственной проблемой». Абсолютно невозможно говорить о реально существующей «государственной культурной политике», не говоря уже о реально действующих государственных программах поддержки современного искусства.

Отдельные всплески демонстративного интереса к деятелям украинской культуры со стороны государства (начало 90-х, «Оранжевая революция» 2004 года, начало президентского срока Виктора Ющенко) каждый раз оказывались не более чем декларациями «национального политического пути» и практически не влияли на деятельность государственных культурных институтов. Безнадежная Инерция... Вот главное качество этого «уровня» культурной ситуации Украины.

Мне гораздо интереснее наблюдать за приватными проектами профессиональных деятелей искусства, просветительской и артистической деятельностью небольших научно-исследовательских институтов Академии искусств Украины (Институт проблем современного искусства, Центр Леся Курбаса), негосударственных культурных инициатив (Культурный проект, Мастер-класс), движений (львовская «Дзыга»). Хотя современная академическая музыка заметна здесь менее всего, это уровень «реального действия» – то, из чего состоит культурный процесс в Украине.

Композиторы немейнстримного толка – будь то «крутые» авангардисты или, напротив, «благозвучные», но не заигранные традиционалисты – сегодня практически лишены сцены в России, звучат разве что в «спецпроектах» и чаще – на неосновных площадках. Это может быть международный фестиваль актуальной музыки «Другое пространство». Или – частные концертные инициативы музыкантов, не занимающихся (вспомним Булгакова) «подмигиванием» публике. Наблюдаешь ли ты нечто подобное на Украине?  

Конечно. Я бы добавила, что и «мейнстрим» украинской современной музыки крайне редко появляется в филармонической афише.

Я даже не представляю, что может повлиять на сознание директоров и художественных руководителей украинских филармоний, чтобы современная украинская музыка «сравнялась в правах» с произведениями классического филармонического репертуара.

Разве что «директива сверху» – все та же несуществующая государственнная программа… Впрочем, попытки организации «концертного сезона» современной музыки предпринимают, скажем, композитор Владимир Рунчак, руководитель «Концертной серии Новая музыка в Украине », а также отдельные ансамбли современной музыки (Nostri temporis, Киевская камерата, Киевская симфониетта).

Что исполняется сегодня в Киевской филармонии, Национальной музыкальной академии Украины?

В программках концертного сезона Национального симфонического оркестра уже несколько лет подряд фигурирует очень показательное для украинской филармонической практики мотто «Слушай вечность». Конечно, это не «вся музыкальная вечность»... Чаще всего до публики доносятся хорошо знакомые произведения немецких романтиков, а также музыка первой половины XX века: Морис Равель, Клод Дебюсси, Рихард Штраус, Игорь Стравинский, Сергей Рахманинов…

Филармоническая афиша далека от просветительских целей освещения всех исторических музыкальных пластов и представления современного спектра исполнительских направлений.

Чуть более оживленной предстает афиша Национальной музыкальной академии, где благодаря усилиям профессоров специализированных кафедр (кафедры старинной музыки, кафедры фольклористики, кафедры композиции) время от времени проходят концерты и мастер-классы с участием европейских исполнителей средневековой музыки «аутентичного направления», фольклорные концерты с участием сельских исполнителей, открытые мастер-классы европейских ансамблей современной музыки.

В каком объеме, какими именами представлена в концертных программах европейская классика?

Частично ответ на этот вопрос уже прозвучал. Европейская классика в украинских филармониях представлена очень избирательно - как в отношении композиторов и произведений, так и в отношении современных исполнительских трактовок... Опять-таки сказываются многолетняя инерция и практическое отсутствие государственного финансирования международных гастрольных программ филармоний. В Киеве еще практически не слышали «аутентичных» Бетховена, Моцарта или Шуберта...

Звучит ли со сцены украинская и российская академическая музыка не сегодняшнего дня?

Более или менее неплохо обстоит дело с исполнением хоровой и камерно-вокальной украинской и российской музыки. Исполнения же, к примеру, симфонической музыки Лятошинского и Ревуцкого чаще всего происходят в рамках фестивалей современной музыки, либо юбилейных концертов, организованных по инициативе Союза композиторов.

Как обстоят дела с презентацией современного российского музыкального искусства на Украине?

Лишь отдельные исполнители и коллективы проявляют интерес к музыке современных российских композиторов. Это молодежный ансамбль Nostri temporis, на концертах которого достаточно часто звучит музыка молодых россиян Сергея Невского, Георгия Дорохова, Сергея Хисматова, Анны Ромашковой. Роман Кофман с филармоническим камерным исполняет Леонида Десятникова и Александра Вустина (здесь можно прочитать посвященное Вустину стихотворение Ольги Седаковой – А. Д.)... В моем проекте Электроакустика недавно исполняли электроакустическую музыку Эдуарда Артемьева.

Какова, с твоей точки зрения, степень заинтересованности украинских исполнителей в современной академической музыке локального и мирового масштаба?

Не существует, наверное, «среднестатистического» исполнителя... Могу сказать, что среди молодых исполнителей такой интерес гораздо выше, чем у известных филармонических артистов. Студенты все чаще попадают на европейские мастер-классы по современному исполнительству (Дармштадтские летние курсы, регулярные мастер-классы ансамбля Recherche во Фрайбурге...). Для многих современный репертуар – необходимая часть программ международных исполнительских конкурсов, либо возможность участия в международных фестивалях современной музыки в Украине.

Проблемой остается практическое отсутствие программы изучения современной музыки на исполнительском уровне, отсутствие в Украине кафедр современного исполнительства...

Трудно ли сегодня украинскому композитору организовать авторский концерт? Что для этого требуется?

Камерные авторские концерты украинских композиторов происходят гораздо чаще, чем симфонические. Чаще – в Национальной музыкальной академии, чем в Филармонии...

В основном это, опять-таки, частные инициативы либо самих композиторов, либо исполнителей. Другое дело – юбилейный филармонический концерт. Здесь – длинная «бумажная» цепь: подача заявления в Союз композиторов, Министерство культуры, Филармонию... Что-то такое «из прошлой жизни».

С какими сложностями при организации концертов сталкиваешься ты лично?

Сложнее всего в организации концертов электроакустической музыки – добиться самого элементарного: аккуратного выполнения технического райдера. Очень редко удается убедить дирекцию фестиваля, что каждое произведение электроакустической музыки требует абсолютно конкретных условий исполнения, конкретных качеств акустических систем и их количества. С этим связаны и проблема репетиций в акустическом пространстве, и нехватка подходящих залов...

Что преподается сегодня на Украине по истории музыки? На каких фигурах – прошлого ли, настоящего – учатся сегодня студенты-композиторы?

Курсы истории музыки для композиторов, кажется, не особенно изменились со времен моей учебы. Возможно, добавились часы по истории украинской музыки... И все так же не хватает времени на более внимательное изучение современной музыки. Но здесь пытливому уму на помощь приходит Интернет. Конечно, реальный «музыкальный процесс» он не заменит. Но юные композиторы, по крайней мере, знают, что Варез (Edgar Varèse), Булез (Pierre Boulez), Веберн (Anton Webern), Лигети (György Sándor Ligeti) и Штокхаузен (Karlheinz Stockhausen), Фернейхоу (пишут иногда и Фернихоу, в английском же – Brian Ferneihough – А. Д.) и Фурер (Beat Furrer) – на самом деле существуют. И, конечно, когда-нибудь их все-таки исполнят в Киеве.